Вот так!

   Здравствуйте, дорогие читатели «Школы Рыбалки»! И на этот раз Анатолий Снежань расскажет Вам довольно забавную историю... Даже не знаю, что можно о ней сказать... Знаю только то, что со мной такого точно не случалось.

рыбак на реке

   Однажды знойным июньским подвечёрком друзья детства Шурок, Сашок и Толик, автор этого повествования, выбрались на рыбалку с ночёвкой. Конечно же, на своё старинное место – за урочище “Чёртов хвост”. Рассчитывали до заката солнца поставить по дюжине донок и натягать полведра золотых карасей на наваристую ушицу.

   Четыре километра до старицы реки Припять на велосипедах  преодолели за двадцать минут, так что даже не упарились. На берегу сразу же каждый занялся “договорными” обязанностями: Шурок обустраивал лагерь (установил палатку, собрал кучу хвороста, принёс канистру криничной воды…); Сашок и я суетливо ловили рыбу. Метрах в двадцати от лагеря.

   Рыбу промышляли всякую, не гнушаясь верховодок и бычков, на все шесть удочек: срочно нужны были живцы для донок. Клёв был райский: за час на “перловку с сыром” мы поймали около полста разнопёрых рыбёшек. Тут же, прервавшись, снарядили  донки. Забросили их в тихом месте, метрах в трёхстах пятидесяти от лагеря, – в огромную естественную ямину (некогда речную вымоину-омут), со всех сторон заросшую рогозом и осокой.  По периметру вода была в желтых и белых цветках, ряске.

   Это место мы окрестили “Щучьей ямой”. И имечко себя оправдывало. Лет десять назад, Сашок здесь спиннингом цапанул пятикилограммового “крокодильчика”. А прошлой осенью я вымотал своего второго крупного “разбойничка” – 7,3 кг. Вымотал рыбину чудом: твистер с “двойником” оторвался, хорошо, что на мелководье, считай, на берегу.

   В таких затишных старицах, лесных озёрах, рыбы обычно не густо: щука господствует, ну и окунь, карась, прочая мелочь не очень пузатая. Здешняя водная фауна боится шума вёсел надувных лодок, громкого разговора, даже чопорного чпоканья лёгких блёсен и твистеров спиннингистов, не говоря уже о разгуле юных рыболовов.

   А вот на простенькие донки (даже с  худосочными живцами) шуки обманываются, и часто. Правда, говоря языком охотников, экземпляры не трофейные, так себе, – полтора-два кило, иногда три-четыре, совсем редко – пять – восемь.

   Итак, управившись с донками, мы, уже втроём, расселись ловить свой ужин. Место особо не прикармливали. Просто чаще меняли перловку. Странное дело, но, крупных червоных карасей поймали всего  десяток, даже сменив перловку на среднего навозного червя. Норовист, привередлив бывает сей “деликатес в сметане”. Случается – клюёт, считай, на голый крючок, ну, как в последний раз… А бывает и наоборот – самыми изысканными деликатесами (распаренным горохом, кукурузой, смесью манки-овсянки) не заманишь. Кажется, что ну нет в этой чёрной воде ни одной карасьей мордки, – вымерли червоные. Навсегда исчезли.

   Мы не отчаивались: налетели бригады поласатиков-окушков – что ни голова-хвост, то 50 граммов. Не бросали в озеро, концентрировали в большом ведре (живцы утром понадобятся). Когда поплавки были плохо различимы, Сашка, а за ним и я вытащили по 400-граммовому горбачу. Подтянулись окуни тяжёлых весовых категорий: Шурик поймал окуня под кило, и Сашок – такого же. И крупные рыбины, и шустрячки-полосатики  свежайших навозных червяков заглатывали жадно… аж… чтобы не солгать… почти до поплавка. И поделом тебе, – не зевай на рыбалке. Впрочем, зевки  были вынужденными –  солнце пряталось за ширму леса. В восьми-десяти метрах от берега озера уже кончика поплавка не рассмотреть.

– Заканчиваем на сегодня? – вдруг  засуетился Сашок, а следом и Шурик.

   Я промолчал, взял в пакет с водой пару окуньков и пошёл по берегу.

– Ты куда? – крикнул Сашок.

– Прихватите мои удочки, а я – к донкам. Может, надо какую подладить? Да! Совет от бывалого кулинара: такую прорву окуней и прочей крепкочешуйчатой рыбы избавить от чешуи  проще простого. Надо обварить их крутым кипятком, и процесс чистки превратится в райское наслаждение! Благодарю за внимание.

… Все донки, кроме крайней правой, моего внимания не привлекали.  Правая уходила в мрачную стену из старого и молодого рогоза. Это  плохо: шустрый живец раздухарился и заплыл в камыши, где зацепился, завис…  Что ж, ничего не попишешь, надо вытягивать снасть, переоснащать, снова забрасывать.  Нда, непруха, придётся поспешать, – солнце вот-вот опустится ещё ниже, совсем скроется за ширмой леса. Птичек-чиричек-свистёлок уже не слышно. Серая сумеречная тишь исподволь окутывает, зарисовывает озёрное зеркало.

   Я начинаю скоренько выбирать толстую леску-плетёнку... Вдруг на том её конце – чудовищной мощи всплеск! Совсем как взрыв гранаты-“лимонки” в комнате! И – тишина… Как в том Крамаровском кинофильме…

   Я не описался лишь потому что пятью минутами ранее уже сходил по нужде. Но испугался – капитально, до жути. Представьте себе, что вы один дома, нависли над ванной, бормочете нечто бравурно-колыбельное себе под нос, словом, неспешно тестируете новый поплавок, и тут – всплеск, и вода – до потолка!..

   Первая волна испуга ушла в землю. Огляделся, присмотрелся, и – вновь остатки волос дыбом! Оказывается, я тащу некую тварюку, некое чудище-невидимку… Кто-что это?.. Из  чёрно-красно-серебристой воды торчат два уса антенны… Жуть!..

   Меня окутывает вторая волна страха, и снова – с ног до головы!..  Пот холодными струйками струится даже с ушей. Исступлённо хочется бросить всё и бежать, бежать, лететь к пацанам. Но…  отчего-то не бегу, хуже того, как былинный витязь, я по глазыньки врос в родную матушку-землю. Однако, слава тебе Божухно, вспоминаю, что у меня был, есть голос, и голос, спасибо маме и папе, не хилый – голос лучшего полкового запевалы. Призового запевалы!

– Пацаны!.. Все – сюда!.. Я – чёрта рогатого поймал! Быстрее!!! Да фонарики и топорик захватите!..

   Удивительно, но факт:  глас вопиющего был услышан, и ему поверили. Наверное потому, что вопиющий вопил от души, или от того, что не в пустыне?

   Друзья прибежали с топором, дубовой дубиной и фонариками.

   Позже Шурик, Санёк (все мы по очереди) пробовали от “Щучьей ямы” докричаться до лагеря. Никому этого не удалось. Страх, если он природный, не поддельный, от души, придаёт человеку нечеловеческую мощь и могущество.

   Когда добычу подтащили к берегу, – дружно, с ахами-охами и гоготаньем, констатировали: щука, правда, довольно большая (8,25 кг). А что это за “антенны” на её спине? Однозначно не скажешь. Осветили фонариком. Снова ничего не поняли.

   Утром расставили все точкі над “і”. Начали с “антенны”. Выяснили: это ничто иное, как нижние конечности некоего пернатого хищника. Скоре всего, скопы. Возможно, молодой. Хотя… почему именно молодой? Не зря же говорят, и  на старуху бывает проруха. Короче, воздушный хищник, обрушившись с неба на  водяную хищницу, не распознал её истинных габаритов и, соответственно, потенциальной мощи. Как результат, – был конратакован и утоплен.

   Думаю, практически мгновенно, – шука крупная, мощная. Соотношение, как шлюпка и подводная лодка. А наш лучший полесский пернатый рыболов – скопа – только с вуду велик и крылат. Максимум, что он может вырвать из воды и унести в гнездо, – полтора своего собственного веса (это, кстати, крутой показатель!).

   Часто ли случаются такие вот трагические просчеты у скоп? Не часто, но случаются. В данном случае птица не смогла быстро разжать свои когти, обладающие уникальной хваткой (почитайте в интернете об этой птице). Если бы наша щука весила 2-3 кг, то взрослая скопа сумела бы с помощью крыльев удержаться на поверхности воды достаточно долго. Здесь же коготь мог застрять в позвоночнике рыбы, или птицу могла накрыть волна…

автор рассказа о рыбалке Анатолий Снежань




Больше информации Вы найдете на страницах наших классов:

«Спиннинговая ловля»

«Донная (фидерная) ловля»

«Поплавочная ловля»

«Зимняя ловля»


3 комментария: Вот так!

  • Анатолий Снежань

    Алексей, извините, что отвечаю с оттяжкой... Всего-всего расписывать не стал (два ладных куска от этого рассказа отрезал — длинноты не приветствуются проектом), посчитал, что всякому, живущему близ воды (аудитория ж — рыбацкая), доводилось видеть, слыщать нечто подобное... Кстати, много позже, лежал в больнице (в 2007 г.) и там у однопалатника видел черно-белое фото большой щуки с антенной (одной вросшей костью скопы). Эту щуку добыли ранней весной, на нересте, с помощью обреза охотничьего ружья (браконьер, получается — писать про необычный трофей не будешь).

    Я вырос в речном-озёрном-болотном крае — в Белорусском Полесье. На территории района — озёра Белое и Червоное (см. Википедию), и рыбхоз, и рыбокомбинат, и рыболовецкие бригады, и тысячи любителей рыбалки и браконьеров... Судорожное «купание» пернатых рыбных разбойников (и в зарыбленных прудах рыбхозов), в том числе и скоп, видели многие. Эта когда молодая или старая хищная птиц-рыболов хватет добычу не по себе (точно ж не угадаешь — не витрина!), а потом из последних сил борется с добычей. Кстати, не обязательно щукой! Утаскивают, топят скоп и безобидные 5-7-килограммовые амуры, толстолобики, карпы...

  • Алексей

    А дальше то что ? На самом интересном месте......

    Я про ноги скопы не понял? Сначала подумал, что птица была внутри щуки, а ноги торчали насквозь... жесть. Или птица наги на щуке оставила и та с ними так и плавала ? Тоже что то невероятное!

  • Анатолий Снежань

    Сергею Р.

    Серёжа, надо было рисунок когтя скопы (видел в Википедии) в текст вставить — коготь впечатляет. Кстати, я многократно фоткал скоп в деле (над озером, прудом). Но камера автофокусируется медленнее, чем атакует птица... Плюс расстояние: хищник у тебя под носом не будет атаковать (чайки наглеют, правда)... Плюс всегда встречный (контровый) свет, или небо... Нужна зеркалка и телевик, хотя бы на 400 мм.

    Читателям порекомендую прочитать о скопах. Кстати, птиц-рыболовов (скоп, цаплей, пеликанов и пр.) ненавидят работники рыбхозов: они ежегодно поедают из прудов тонны товарной рыбы (лёгкая добыча, карпы и пр. плавают там поверху).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

одиннадцать − девять =

Start

Stop

Поиск по сайту:
Реклама на сайте:
Уникальный подарок рыбакам от «Школы Рыбалки»!
Вверх